Книга 10. К метаистории русской культуры. Глава 3. Миссии и судьбы (продолжение) - страница 9 из 12

осознанные, наконец, права жизнеутверждающее и социально-преобразующее мирочувствие. Но знак времени был уже иным. И если прароссианство отнюдь не было лишено духовности, только духовность эта была связана с Навной и с мирами стихиалей, а не с Трансмифом христианства, то новая стадия в этом движении знаменовалась почти полным угасанием элементов магических и мистериальных и бурным проявлением и ростом импульсов социально-реформаторских и революционно-политических. Таким образом, подпочвенные струи вырвались на поверхность культуры и в первой половине XX века затопили страну со всеми ее церквами и монастырями.

Применительно к этому процессу метаисторическая диалектика заключается в следующем: надо понять двойственность самого россианского движения в культуре: светлой стихиальности, то есть оправданности одних ее сторон, и темной демоничности других; прогрессивность этого движения на одной стадии, регрессивность на другой (под регрессивными я понимаю, конечно, такие явления, которые выражают собою борьбу с Провиденциальным началом в человечестве и в космосе).
Любовь к миру не только оправдана, но непременна; без нее невозможно ничто, кроме себялюбивых устремлений к индивидуальному самоспасению.

Но есть любовь и любовь.
Любовь к миру, то есть к среде природной и к среде культурной, как к источникам пользы только для нас и наслаждения только для нас, и притом таким источникам, какие должны превратиться полностью в нашего слугу и раба, - вот то, без чего должно.
Любовь к миру как к прекрасному, но искаженному, замутненному, страдающему и долженствующему стать еще прекраснее, чище и блаженнее через века и зоны нашей работы над ним, - вот та любовь, без которой нельзя. Это не значит, конечно, что силы Природы нельзя обращать на пользу человеку; это значит только, что наряду с таким обращением должно совершаться и обратное: обращение сил человека на пользу и духовную пользу Природы.

Любовь к жизни как к сумме наслаждений и польз для нас либо же как к материалу, который мы насильственно и тиранически претворяем в то, чего хотим, - вот импульс, подлежащий безоговорочному и полному преодолению в нас самих.
Любовь к жизни как к мировому потоку, творимому Богом, иерархиями и человеком, благословенному во всем, от созвездий и солнц до электронов и протонов - во всем, кроме демонического, - прекрасному не только в нашем слое, но и в сотнях других слоев, и ждущему нашего участия в нем во имя любви, - вот то, без чего человечество придет лишь к абсолютной тирании и к духовному самоугашению.
И это не значит опять-таки, что чувственная радость сама по себе пребывает для человека чем-то запретным. Наоборот, это значит только, что такая радость оправдана, если не увеличивает суммы страданий других существ и уравновешивается в нас самих готовностью принимать от жизни не только наслаждение, но и скорбь, и труд, и долг.

Подобная четкость разграничений еще не могла быть достигнута в прошлом столетии. Смешение этих форм любви к миру и к жизни было еще неизбежно. Но усиление их, накал, подъем были необходимы, и с этим связана миссия нашего

Цитаты

Если ты можешь это вообразить, ты можешь это осуществить.
-- Уолт Дисней

Анонсы материалов из рекомендуемых книг, статей, фильмов

ПРИЗВАННЫЕ К БОРЬБЕ   В первые дни сентября 1939 года, Наш Дом также перенес шок, который достиг различных духовных колоний, связанных с американской цивилизацией. Речь шла о европейской войне, не только разрушительной для земного плана, но и сулящей огромные волнения для Плана Духовного. Многочисленные существа   обсуждали...

§2. Простейшая количественная иерархия. Часть и целое. Инфра-мир и супра-мир.   Различные виды энергии, как то: звук, тепло, свет, несмотря на все разнообразие своих внешних качеств и проявлений, в действительности является вполне тождественными по своей внутренней природе. Количество колебаний в единицу времени и длина волны...

Что происходит с нами после того, как мы умираем? Внятного ответа не даст никто. Тем более, что этот вопрос меньше всего интересовал нашего героя, Дэниэла Миллера, когда он вальяжно колесил по бульвару Лос-Анджелеса на своём новеньком «БМВ», слушая, как Барбара Стрейзанд поёт о том, что «что-то грядёт». И, надо заметить, что...

Брута словно прилип к мачте. Некоторое время спустя рядом с ним на бухту троса опустился матрос и с интересом посмотрел на юношу. – Можешь ее отпустить, святой отец, она сама прекрасно стоит. – Море… Волны… – пробормотал Брута, стараясь не открывать рот, хотя блевать уже было нечем. Матрос задумчиво сплюнул. – Ага, – кивнул он...

КНИГА XI. К МЕТАИСТОРИИ ПОСЛЕДНЕГО СТОЛЕТИЯ ГЛАВА 1. ВОЦАРЕНИЕ ТРЕТЬЕГО ЖРУГРА Заканчивая книгу о метаистории Петербургской империи, я сопоставил между собой две исторические фигуры, характеры и облики которых столь различны, что сопоставлять их как-то не принято. Однако исторические роли их не только сопоставимы, но даже...