Часть 3 - страница 15 из 15

Я хочу салата! Немедленно дай мне листочек!
Лошадей выстроили вдоль пристани и начали по одной заводить на судно. Короб на плече Бруты принялся бешено раскачиваться. Брута заозирался с виноватым видом, но никто не обращал на него внимания. Не замечать Бруту было довольно просто. Существовали тысячи занятий куда более привлекательных, чем наблюдение за Брутой. Даже Ворбис оставил его и сейчас разговаривал с капитаном.
Брута нашел себе место на остроконечной корме, где одна из мачт с парусом загораживала его от случайных взглядов. Потом с некоторым страхом он открыл короб.
– Орлов поблизости нет? – раздался из недр панциря осторожный вопрос.
Брута посмотрел на небо.
– Нет.
Из панциря высунулась голова.
– Ты… – начала черепашка.
– Я не мог разговаривать! – попытался оправдаться Брута. – Вокруг было слишком много народу. А ты разве… разве ты не можешь брать слова прямо у меня из головы? Ты же должен уметь читать мысли.
– Мысли смертных совсем другие, – отрезал Ом. – Думаешь, слова в голове возникают как на небе? Ха! С таким же успехом можно искать смысл в куче отбросов. Намерения – да. Эмоции – да. Но не мысли. Если зачастую ты сам не знаешь, о чем думаешь, почему это должен знать я?
– Потому что ты – Бог, – резонно ответил Брута. – Бездон, глава LVI, стих 17: «Он знает о мыслях смертного, и нет от Него секретов».
– Бездон – это тот, у которого были гнилые зубы?
Брута повесил голову.
– Послушай, – сказала черепашка. – Я – это я. И я не виноват, если люди думают иначе.
– Но ты же знал о моих мыслях… Там, в саду… – пробормотал Брута.
Черепашка несколько помедлила с ответом.
– Тогда было совсем по-другому, – наконец сказала она. – Это были… не мысли. Это была вина.
– Я верую в Великого Бога Ома и Справедливость Его, – сказал Брута. – И буду продолжать верить, что бы ты там ни говорил и кем бы ты ни был.
– Приятно слышать, – горячо поддержала черепашка. – Придерживайся этих убеждений и дальше. Кстати, где мы находимся?
– На корабле, – ответил Брута. – В море, и нас болтает.
– Мы плывем в Эфеб на корабле? А чем пустыня вам не угодила?
– Ни один человек не может перейти пустыню. В ее сердце не выживает никто.
– Но я-то там выжил.
– Плавание займет всего пару дней, – успокоил Брута, и его желудок сжался, хотя судно едва отошло от пристани. – Говорят, Господь…
– …То есть я…
– …Послал нам попутный ветер.
– Я посылал? О да, послал. В общем, доверься мне. И не волнуйся, море будет гладким, как мельничный поток.
– Я имел в виду мельничный пруд! Мельничный пруд!
* * *