Книга 8. К метаистории царства Московского. Глава 4. Родомысл Петр и демоническое искажение его миссии

ГЛАВА 4. РОДОМЫСЛ ПЕТР И ДЕМОНИЧЕСКОЕ ИСКАЖЕНИЕ ЕГО МИССИИ

Среди загадок, заданных XVII веком исторической мысли, не последнее место занимает странный факт рождения именно в царской семье, именно в качестве царского сына такого человека, который по своим духовным масштабам, дарованиям, уму, характеру и даже физическому темпераменту в точности соответствовал идеальному образу государственного деятеля, какого требовали тогда Россия, ее метакультура, ее миссия, ее судьба.

Рождение личностей такого масштаба приходится исчислять единицами на сотни миллионов рождений. По теории вероятности, шансы в пользу того, чтобы таким человеком оказался именно царевич, близки к нулю.
А между тем в условиях XVII столетия переворот, подобный перевороту Петра, мог осуществить только великий государственный гений при одном непременном, однако, условии: законности его власти в глазах современников. Гораздо более скромные начинания Бориса и Лжедмитрия, имевшие в виду сближение России с Западом, не были прощены русскими ни тому, ни другому и послужили одной из причин этих двух преждевременных смертей. Конечно, масштаб государственного разума этих двух государей далеко уступает гению Петра, но никакому узурпатору, будь он хотя бы и столь же гениален, как Петр, общество той эпохи, еще полностью проникнутое древней идеей родового права на власть, не позволило бы, конечно, опрокидывать вековые общественные устои.

Однако науке сегодняшнего дня, догматически отрицающей телеологию истории, приходится и этот факт обходить молчанием. Как всегда в подобных случаях, она притворяется, будто вопросы такого рода не имеют смысла. Она прекрасно понимает, что при исключительно каузальном подходе к явлениям она не сможет произнести в объяснение этого факта ни единого звука.

Такое положение современного историка - историка в собственном значении этого слова - совершенно закономерно. Для него применение к историческим фактам принципа телеологического невозможно и в самом деле: какая методика позволила бы ему подходить к фактам с вопросом "зачем"? С крутого берега этого вопроса ему не видится ничего, кроме безбрежного моря фантазии.

Но метаисторику нет надобности суживать свои возможности до границ, очерченных каузальным подходом. Для него - с крутизны вопроса "зачем" - тоже открывается море, но не фантазии, а второй действительности. Никаким фетишем он каузальность считать не намерен и ко многим проблемам подходит с другой стороны, именно - с телеологической. В частности, о зависимости характера и способностей от условий рождения и детства. Если же историку будет угодно не видеть коренного различия между игрой фантазии и метаисторическим методом - не будем, по крайней мере, лишать его того утешения, которое он почерпнет в идее, будто сидение в клетке каузальности есть последнее и блистательнейшее достижение на пути познания.

По-видимому, подготовительная работа демиурга и кароссы Дингры над эфирно-физическою формой или, вернее, аппаратом, который был бы способен вместить столь колоссальную инвольтацию и осуществить ее задания, началась очень давно - за несколько

Цитаты

Попытка изменить переживание усугубляет его. Воспроизведение переживания, приятие, пребывание в нем, наблюдение заставляют его исчезнуть.
--Люк Рейнхард: Трансформация

Анонсы материалов из рекомендуемых книг, статей, фильмов

ПРИЗНАНИЯ   Речь матери утешила меня и придала сил.  Мама, говоря о службе, рассматривала её как благословение в боли и трудностях, которое предоставляет кредит радости и возвышенных уроков. Неожиданное и невыразимое чувство удовлетворения охватило мой Дух. Эти понятия странным образом придали сил моей душе. Я чувствовал себя...

ВЕЛИКОДУШНЫЙ СОВЕТ   Утро следующего дня мы с Лизиасом и другими членами его семьи, начали с лёгкого завтрака.   Прежде, чем дети попрощались и отправились на работу в Министерство Помощи, Сеньора Лаура, пребывающая в очень хорошем настроении, воодушевила мой нерешительный дух, сказав:   Я уже нашла Вам компанию на сегодня....

Фильм описывает историю Нила Дональда Уолша, автора книги «Беседы с Богом». Его путешествие началось после того как он сломал шею в автомобильной катастрофе и потерял свою работу. Ему приходится жить на улице, борясь за жизнь, пытаясь найти работу, знакомясь с новыми людьми и смотря на мир по-другому. В конце концов, обессилев...

«Пудра» — это странное прозвище ученики дают своему новому однокласснику Джереми. Сверстники пугаются его необычной внешности, мертвенно — бледной кожи, испепеляющего взгляда, проникающего в самое сердце собеседника. Но вскоре они понимают, что Пудра обладает сверхъестественными способностями, и за белым холодом его лица...

Довольно скоро Майкл понял, что его путь не всегда будет таким простым, как до сих пор. Томас бодро шагал по дорожке, и ему даже в голову не приходило, что, возможно, когда-нибудь он окажется на распутье и будет вынужден выбирать направление. К тому же Майклу не давало покоя интуитивное ощущение, что за ним кто-то следит. И вот...