История вторая. Ничье пространство. Глава 7 - страница 5 из 9

граната с выдернутой чекой. Вот-вот взорвется.
Светлана вскрикнула.
Я бросился к радужному шару. Ударил, пробивая Сферу Отрицания. Под ней было еще два щита — я сорвал их грубо, работая на одной лишь энергии.
Со второго слоя ничего не было видно.
Найдя свою тень я вывалился на первый слой. Здесь было чисто, никаких следов синего мха — бушевавшая битва выжгла его начисто.
И почти сразу я увидел древнюю “лимонку”, лежащую под ногой Надюшки. Арина положила ее, ныряя в Сумрак. Подстраховалась, стерва,
Чека была вырвана. Где-то внутри гранаты томительно медленно горел запал, а в человеческом мире уже прошло три-четыре секунды...
Радиус поражения — двести метров.
Если бы она взорвалась внутри щитов, от Надюшки осталась бы только кровавая пыль... Я нагнулся, подхватывая гранату. Очень трудно работать с предметами реального мира, находясь в Сумраке. Хорошо хоть, у гранаты был четкий сумеречный двойник — такой же ребристый, подернутый грязью и ржой...
Выбросить?
Нельзя.
В человеческом мире она далеко не улетит. Заберу в Сумрак — тут же взорвется.
Я не нашел ничего лучшего, чем рассечь гранату напополам — будто выковыривая косточку из авокадо. И еще на несколько кусочков... выискивая среди железа и взрывчатки тлеющую трубочку замедлителя. Призрачное лезвие, клинок чистой Силы, шинковало гранату, будто спелый помидор.
Наконец я его нашел — крошечный огонек, уже подползший к запалу. Затушил — пальцами.
И вывалился в человеческий мир. Потный, едва стоящий на трясущихся ногах, мотающий рукой. Обожженные пальцы ныли.
— Мужикам только дай в железяках поковыряться, — язвительно сказала Арина, появившаяся вслед за мной. — Закрыл бы ее в щит, пусть взрывается! Или морозом кинул, пусть застынет до завтра...
— Папка, научи меня так прятаться, — сказала Надюшка, как ни в чем не бывало. Увидела Арину — и громко возмутилась: — Тетя, ты дура? Голой нельзя ходить!
— Я тебе сколько раз говорила, не смей так разговаривать со взрослыми! — воскликнула Светлана. И тут же, схватив Надюшку на руки, принялась ее целовать.
Сумасшедший дом какой-то...
Еще бы тещу сюда, пусть выскажется...
Я сел на край траншеи. Хотелось курить. Еще хотелось выпить. И поесть. И поспать. Или, хотя бы, закурить.
— Больше не буду, — привычно пробормотала Надя. — А волчок заболел!
Только сейчас я вспомнил про оборотней. Обернулся.
Волк лежал и слабо сучил лапами. Вокруг метались волчата.
— Уж извини, чароплет, — сказала Арина. — Я твоей мертвечиной в оборотня кинула. Времени не было разбираться.
Я посмотрел на Светлану. “Танатос” — это вовсе не обязательно верная смерть. Заклятие еще можно снять.
— Я пустая... — тихо сказала Светлана. — Я все выложила.
— Хотите — спасу паскудника, — предложила Арина. — Мне не трудно.
Мы переглянулись.
— Почему ты сказала про гранату? — спросил я.
— Какая мне польза, если дите умрет? — равнодушно ответила Арина.
— Она будет Великой Светлой, — сказала Светлана. — Самой Великой!
— Ну и пускай будет, — Арина улыбнулась. — Может, вспомнит тетю Арину, с которой о травках и цветочках говорила... Не бойтесь. Темной ее