Книга 6. Высшие миры Шаданакары. Глава 2. Логос Шаданакара - страница 5 из 17

солнечный монотеизм всенародной религией. Это произошло в Египте, и исполинская фигура фараона-реформатора до сих пор возвышается над горизонтом минувших веков как образ одного из первых пророков в истории. Какое полное одиночество должен был испытывать этот гениальный поэт и провидец, заканчивая свой вдохновенный гимн Единому Божеству трагической жалобой: "И никто не знает Тебя, кроме сына Твоего, Эхнатона!"
Впрочем, понимать эту жалобу с абсолютной буквальностью нельзя: был по крайней мере один человек, разделявший его одиночество. Роль царицы Нефертити, его жены, как вдохновительницы и участницы религиозной реформы вряд ли может быть кем-либо преувеличена. Эта изумительная женщина прошла по золотистым пескам своей страны посланницей того же Небесного Света, что и ее супруг, и уже давно они оба, неразрывно связанные творчеством и божественной любовью на всех путях, достигли высочайших миров Шаданакара.

Попытка Эхнатона претерпела, как известно, крушение. Не только основанный им культ, даже само имя реформатора было стерто с анналов египетской историографии; историческая истина восстановлена лишь в конце XIX века усилиями европейских археологов. Вместе с крушением этого замысла и с длительным, устойчивым господством многобожия выпал из числа возможных арен воплощения Христа также и Египет.

До ясного единобожия не смог развиться и маздеизм в Иране. Колоссальный трансмиф этой религии не был вмещен ее мифом даже в малой доле. Ответственность за это падает, конечно, не на ее основателей, ибо они, и в первую очередь сам Зороастр, подготовили религиозную форму, достаточно емкую для вмещения огромнейшего содержания. Ответственность несут уицраоры Ирана и его шрастр. Их отображение в Энрофе - империя Ахеменидов сумела затормозить всякое духовное развитие, вызвать окостенение религиозных форм маздеизма, заглушить его мистику, окаменить этику, направить не на религию, а на себя поток эстетики, а душевную энергию сверхнарода переключить на создание великодержавной государственности. Когда эта империя, наконец, пала и Соборная Душа Ирана была на краткое время освобождена, сроки были упущены. Религия Митры, распространившаяся тогда, носит на себе отпечаток творчества слишком поспешного, откровения слишком неотчетливого. Взор Избирающего остановился, наконец, на еврействе.

Метаисторическое исследование Библии дало возможность проследить, как инспирировались пророки демиургом этого народа; как искаженно, но все-таки его голос улавливали создатели книг Иова, Соломона, Иисуса Сираха; как вначале примешивалась к этому откровению, снижая его, инспирация из Шалема, от стихиали горы Синай, духа сурового, жесткого и упорного; и как потом книги Ветхого Завета начинают все более омрачаться нотами гнева, ярости, воинственности, безжалостной требовательности: характерными интонациями уицраоров. Но монотеизм, как всенародная религия, был необходим, и здесь, именно здесь он был все-таки дан; в этом историческая и метаисторическая заслуга еврейства. Важно то, что, несмотря на бесчисленные подмены, вопреки спутанности инстанций, вдохновлявших

Цитаты

У счастья нет завтрашнего дня. У него нет и вчерашнего. Оно не помнит прошедшего, не думает о будущем. У счастья есть только настоящее… и то не день, а мгновение…
-- Тургенев

Анонсы материалов из рекомендуемых книг, статей, фильмов

Дэн Миллмен — талантливый гимнаст колледжа, мечтающий о выступлении на Олимпийских играх. У него всё есть: награды, друзья по команде, быстрые мотоциклы, девушки и бесшабашные вечеринки. Мир Дэна переворачивается с ног на голову, когда он встречает загадочного незнакомца по имени Сократ, у которого достаточно возможностей, чтоб...

Дом Кобб (Леонардо Ди Каприо) — талантливый вор, лучший из лучших в опасном искусстве извлечения: он крадет ценные секреты из глубин подсознания во время сна, когда человеческий разум наиболее уязвим. Редкие способности Кобба сделали его ценным игроком в привычном к предательству мире промышленного шпионажа, но они же...

ОБЪЯСНЕНИЯ ЛИЗИАСА   Кларенсио неоднократно и регулярно посещал меня, Лизиас навещал меня ежедневно.   По мере того, как я пытался привыкнуть к новым обязанностям, чувство облегчения наполняло мое сердце. Уменьшились боли и свободно передвигаться стало легче. Однако я заметил, что сильные воспоминания о физических явлениях,...

КНИГА Х. К МЕТАИСТОРИИ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ ГЛАВА 1. ДАР ВЕСТНИЧЕСТВА Я уже вынужден был указать в одной из предыдущих глав, что на культурном горизонте средневековой Руси не выдвинулось ни одного крупного мыслителя. Художественными гениями этот длинный период был тоже не очень богат. Но никогда позднее метакультура Российская не...

СОН   Работа продолжалась непрерывно, множество больных требовали ухода а, находящиеся в смятении, требовали внимания.   К вечеру я чувствовал себя включённым в механизм пасов, применяемым ко всем нуждающимся.   Утром в Палаты Исправления вернулся Тобиас, и скорее из-за великодушия, чем по другому мотиву, словами подбодрил...