Книга 11. К метаистории последнего столетия. Глава 3. Темный пастырь, часть 1 - страница 2 из 17

над настоящей книгой: не злоупотреблять цитатами. Я вынужден дать целую цепь цитат, жалея только о том, что границы книги не позволяют включить в нее всего, что относится до предварения этого существа в одном из весьма известных произведений русской классики. Начну с сокращенной передачи описания воображаемого портрета этого существа.
"Это мужчина среднего роста с каким-то деревянным лицом... Как смоль черные волосы покрывают конический череп и плотно, как ермолка, обрамляют узкий лоб. Глаза... осененные несколько припухшими веками... взгляд чистый, без колебаний, губы тонкие, бледные, опушенные подстриженною щетиной усов; челюсти развитые, но без выдающегося выражения плотоядности, а с каким-то необъяснимым букетом готовности раздробить или перекусить пополам. Одет в военного покроя сюртук, застегнутый на все пуговицы".

Читаешь - и вздрагиваешь. Что это? Когда и о ком написано? - Написано в шестидесятых годах прошлого века. Но почему же такое невероятное совпадение с обликом, слишком уж памятным не людям шестидесятых годов, а именно нашему поколению? - Читаем дальше.
"На лице не видно никаких вопросов; напротив того, во всех чертах выступает какая-то солдатски невозмутимая уверенность, что все вопросы давно уже решены. Какие это вопросы? Как они решены? Может быть, это вопрос о всеобщем истреблении, а может быть, только о том, чтобы все люди имели грудь выпяченную вперед на манер колеса? Ничего неизвестно. Известно только, что этот неизвестный вопрос во что бы то ни стало будет приведен в действие. А так как подобное противоестественное приурочение известного к неизвестному запутывает еще более, то последствие такого положения может быть только одно: всеобщий панический страх".

"Перед глазами зрителя восстает чистейший тип идиота, принявшего какое-то мрачное решение и давшего себе клятву привести его в исполнение... Когда же придатком к идиотству является властность, то дело ограждения общества значительно усложняется".
"Угрюм-Бурчеев принадлежал к числу самых фанатических нивелираторов. Начертавши прямую линию, он замыслил втиснуть в нее видимый и невидимый мир с таким непременным расчетом, чтоб нельзя было повернуться ни взад, ни вперед, ни направо, ни налево." ' "Нет ничего опаснее, как воображение прохвоста, не сдерживаемого уздою и не угрожаемого непрерывным представлением о возможности наказания на теле. Однажды возбужденное, оно сбрасывает с себя всякое иго действительности и начинает рисовать своему обладателю предприятия самые грандиозные". А "Угрюм-Бурчеев был прохвостом всем своим существом, всеми своими помыслами. Виртуозность прямолинейности засела, точно ивовый кол, в его скорбной голове, пустив там целую непроглядную сеть корней и разветвлений. Это был какой-то таинственный лес, преисполненный волшебных сновидений. Таинственные тени гуськом шли одна за другой, застегнутые, выстриженные, однообразным шагом, в однообразных одеждах, все шли, все шли... Уже до прибытия в Глупов он составил в своей голове целый систематизированный бред, в котором до последней мелочи были регулированы все подробности будущего

Цитаты

Только потому что кто-то не любит тебя так, как тебе хочется, не значит, что он не любит тебя всей душой.
--Габриэль Гарсиа Маркес

Анонсы материалов из рекомендуемых книг, статей, фильмов

ПРЕДДВЕРИЕ   После того как я получил столь ценную информацию, усилилось мое желание овладеть новыми знаниями, касающимися различных проблем, наличие которых предполагали слова Лизиаса. Упоминания о Духах Преддверия возбуждало мое любопытство. Отсутствие религиозной подготовки давало основание к болезненным волнениям. Чем же...

Я укоризненно покачал головой. – Можно подумать, речь идет о работе, требующей физических усилий. Если тебе лень набивать трубку, это можно понять. Но потрудись называть вещи своими именами. Я, конечно, безответственное трепло, но четкие формулировки мне обычно удаются. А значит, и у тебя теперь не должно быть с этим проблем,...

НОВЫЕ ПЕРСПЕКТИВЫ   Обдумывая ласковые и мудрые советы матери Лизиаса, я сопровождал Рафаэля, глубоко убеждённый в том, что иду не просто наблюдать, а иду учиться и выполнять полезную деятельность.   Пока мы шли к месту, где Министр Генесио ожидал меня, я с удивлением отмечал великолепный внешний вид новой области. Я молча...

ГЛАВА 3. ТЕМНЫЙ ПАСТЫРЬ, часть 2 Отпечаток художественной эклектики, внешнего гигантизма, безвкусицы и нуворишеского стремления к показной роскоши несмываем со всего того, чем Сталин собирался обессмертить себя как великого строителя, - будь то станции московского метро и высотные здания или волгодонские шлюзы и новые украшения...

С незапамятных времен существуют темные ангелы, терзающие человечество. И имеется цена, которую они платят за господство над миром: вечное заключение на Земле. Их главное желание - побег. Но для этого они должны уничтожить наш мир. Единственные, кто смогут противостоять им - четверо избранных воинов во главе с Озом, темным...