Книга 11. К метаистории последнего столетия. Глава 3. Темный пастырь, часть 1 - страница 2 из 17

над настоящей книгой: не злоупотреблять цитатами. Я вынужден дать целую цепь цитат, жалея только о том, что границы книги не позволяют включить в нее всего, что относится до предварения этого существа в одном из весьма известных произведений русской классики. Начну с сокращенной передачи описания воображаемого портрета этого существа.
"Это мужчина среднего роста с каким-то деревянным лицом... Как смоль черные волосы покрывают конический череп и плотно, как ермолка, обрамляют узкий лоб. Глаза... осененные несколько припухшими веками... взгляд чистый, без колебаний, губы тонкие, бледные, опушенные подстриженною щетиной усов; челюсти развитые, но без выдающегося выражения плотоядности, а с каким-то необъяснимым букетом готовности раздробить или перекусить пополам. Одет в военного покроя сюртук, застегнутый на все пуговицы".

Читаешь - и вздрагиваешь. Что это? Когда и о ком написано? - Написано в шестидесятых годах прошлого века. Но почему же такое невероятное совпадение с обликом, слишком уж памятным не людям шестидесятых годов, а именно нашему поколению? - Читаем дальше.
"На лице не видно никаких вопросов; напротив того, во всех чертах выступает какая-то солдатски невозмутимая уверенность, что все вопросы давно уже решены. Какие это вопросы? Как они решены? Может быть, это вопрос о всеобщем истреблении, а может быть, только о том, чтобы все люди имели грудь выпяченную вперед на манер колеса? Ничего неизвестно. Известно только, что этот неизвестный вопрос во что бы то ни стало будет приведен в действие. А так как подобное противоестественное приурочение известного к неизвестному запутывает еще более, то последствие такого положения может быть только одно: всеобщий панический страх".

"Перед глазами зрителя восстает чистейший тип идиота, принявшего какое-то мрачное решение и давшего себе клятву привести его в исполнение... Когда же придатком к идиотству является властность, то дело ограждения общества значительно усложняется".
"Угрюм-Бурчеев принадлежал к числу самых фанатических нивелираторов. Начертавши прямую линию, он замыслил втиснуть в нее видимый и невидимый мир с таким непременным расчетом, чтоб нельзя было повернуться ни взад, ни вперед, ни направо, ни налево." ' "Нет ничего опаснее, как воображение прохвоста, не сдерживаемого уздою и не угрожаемого непрерывным представлением о возможности наказания на теле. Однажды возбужденное, оно сбрасывает с себя всякое иго действительности и начинает рисовать своему обладателю предприятия самые грандиозные". А "Угрюм-Бурчеев был прохвостом всем своим существом, всеми своими помыслами. Виртуозность прямолинейности засела, точно ивовый кол, в его скорбной голове, пустив там целую непроглядную сеть корней и разветвлений. Это был какой-то таинственный лес, преисполненный волшебных сновидений. Таинственные тени гуськом шли одна за другой, застегнутые, выстриженные, однообразным шагом, в однообразных одеждах, все шли, все шли... Уже до прибытия в Глупов он составил в своей голове целый систематизированный бред, в котором до последней мелочи были регулированы все подробности будущего

Цитаты

Я могу лишь показать тебе дверь, но только ты можешь войти в неё.
--Морфеус

Анонсы материалов из рекомендуемых книг, статей, фильмов

ВСТУПИТЕЛЬНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ  ix] Наука Раджа Йоги, или «Царская Наука Души», в изложении ее первого комментатора Патанджали в конце концов получит наибольшее применение на Западе. Это произойдет ввиду того, что по закону циклов пятая коренная раса (в своей пятой подрасе) неизбежно должна достичь своей наивысшей точки. Указанная...

ПОСЛАНИЕ АНДРЭ ЛУИСА   Жизнь не прекращается. Жизнь - вечный источник, а смерть - темная игра иллюзий.   Великая река протекает по своему руслу, прежде чем впадает в огромное море. Следуя этому выражению, душа также путешествует по многим дорогам, проходя различные этапы, получает притоки знаний, приумножаясь в размере и...

РАЗЪЯСНЕНИЯ КЛАРЕНСИО   Мое сердце бешено колотилось, заставляя почувствовать себя неопытным учеником перед строгими экзаменаторами. Я уже раскаялся в том, что сам вызвался на эту аудиенцию, изнутри меня пробирала дрожь, вид этой плачущей женщиной и полное спокойствие Министра Помощи лишь усиливало это чувство. Может быть,...

ГЛАВА 5. СМЕНА ЭОНОВ Гибель того, кто безраздельно властвовал над человечеством свыше ста лет, самая необычайность, непостижимость этой гибели вызовут среди населения земного шара смятение небывалое, никаких прецедентов не имеющее. Мгновенное изъятие из Энрофа этого сверхчеловеческого мозга, единственного в своем роде, за всех...

КНИГА VI. ВЫСШИЕ МИРЫ ШАДАНАКАРА ГЛАВА 1. ДО МИРОВОЙ САЛЬВАТЭРРЫ Никого не может удивить, что именно об этих сферах сведения не только скуднее, чем о каких-либо других, но, в сущности, почти отсутствуют. Причин - две. Неадекватность действительности этих сфер каким бы то ни было нашим представлениям и понятиям, а тем более...