Беседа с сеньорой Лаурой - страница 3 из 3

вспоминая свое собственное прошлое в бытность обычным человеком. Моя жена была для меня священным объектом и я превозмогал все привязанности, однако, услышав слова матери Лизиаса, я вспомнил слова древнего завещания: "не желай дома ближнего твоего, не желай жены ближнего твоего, ни раба его, ни рабыни, ни осла его, ни вола, ни какой-либо другой вещи, что принадлежит ему". В этот момент я почувствовал себя неспособным больше продолжать осуждать случай Тобиаса. Собеседница, словно воспринимая мою личное волнение, продолжила:
 

• Там, где усилия по налаживанию отношений являются задачами практически каждого, должно быть место для понимания и большого уважения к божественному милосердию, которое предлагает нам столько  путей для достижения справедливого исправления. Любой опыт существа, связанный с определенным полом, является событием огромной важности для него самого. Поэтому братское взаимопонимание предшествует любой работе по истинному спасению. Недавно я услышала, как великий наставник Министерства Возвышения уверял, что, если у него была бы возможность, то он материализовался бы в физических сферах, чтобы сказать всем верующим, что милосердие, для проявления своей божественной сущности должно основываться на братстве.

 
В этот момент хозяйка дома пригласила меня навестить Элоизу, которая все еще находилась под наблюдением в домашней обстановке, давая понять, что не желает давать другие разъяснения касательно этого вопроса, проверив как идет выздоровление молодой девушки, недавно прибывшей с планеты, я вернулся в Палаты Исправления, погруженный в глубокие размышления.
 
Сейчас я уже больше не беспокоился ни о случае Тобиаса, ни о положении Хильды и Люсианы. На меня произвели сильное впечатления грандиозные вопросы человеческого братства.