Цитаты из фильма "Небо над Берлином"

Не знаю, существует ли судьба. Но я знаю, что существует возможность принять решение.

 
 
Закрыть глаза… И там, в глубине, за закрытыми глазами, еще раз закрыть глаза.
Тогда оживают даже камни.
 
 
Вы!
Вы, кого мы так любим: вы не видите нас, вы не слышите нас, вы считаете, что мы от вас так далеко, а ведь мы так близко!
 
 
Светильник для тела есть око,
Итак, если око твое будет чисто, то и все твое тело будет светло.
Если же око твое будет худо, то все тело твое будет темно.
 
 
Время лечит все. А если само время и есть болезнь?
 
 
У вас, у зрячих слишком много красок, для того что бы знать что такое время.
 
 
Времени не хватает!
Это первое. Для труса время будет трусливым, для героя-героическим. Для шлюхи время-очередной обман. Если ты добрый, то и время твое доброе. Если ты торопишься, то время летит. Время-слуга, если ты его хозяин. Время твой Бог, если ты его собака. Мы создатели времени, жертвы времени и убийцы времени. Время безвременно. Это второе.
А ты, Кассиэль, часы!
 
 
Она тебя никогда не любила, а ты делаешь вид, что тебя любят.
Радуйся, что тебя забыли. Ты наконец свободен.
 
 
Когда ребёнок был ребёнком, он терпеть не мог шпинат, зелёный горошек, рисовую кашу и варёную цветную капусту, теперь он всё это ест, и не потому что его заставляют.
Когда ребёнок был ребёнком, он однажды проснулся в чужой постели, а теперь это происходит с ним постоянно.
… тогда многие люди казались ему красивыми, а теперь лишь некоторые.
… он имел ясное представление о рае, а теперь он о нём лишь догадывается.
… тогда он не думал о небытие, а теперь трепещет перед ним.
Когда ребёнок был ребёнком, его жизнь была вдохновенной игрой, а теперь вдохновение иногда посещает его во время работы…
 
 
Когда ребёнок был ребёнком, он ходил, опустив руки, он хотел, чтобы ручеёк был рекой, река бурным потоком, а эта лужа – морем.
Когда ребёнок был ребёнком, он не знал, что он ребёнок, всё его воодушевляло, и все души сливались в единое целое.
Когда ребёнок был ребёнком, у него не было ни суждений, ни привычек, часто он садился, скрестив ноги, а потом срывался и бежал, у него были густые вихры, и он корчил рожи, когда его фотографировали.
 
 
Когда ребенок был ребенком, это было время вопросов. Почему я — это я, и почему я — не ты? Почему я здесь, почему не там? Когда началось время и когда кончается пространство? Может быть, наша жизнь под солнцем — это только лишь сон? Может быть, то, что я вижу, слышу, чувствую, это только мираж вора в этом мире? Существует ли на самом деле зло, и есть ли по настоящему злые люди? Как получается, что до того, как я стал тем, кто я есть, меня не было, и что однажды я перестану быть тем, кто я есть?

Цитаты

Ты должен всё забыть: страх, сомнения - освободи свой разум.
--Морфеус

Ресурс AOinform.com - современный источник ежедневных новостей для всех.

Анонсы материалов из рекомендуемых книг, статей, фильмов

Свернув на дорожку, ведущую к третьему дому, Майкл на минутку остановился. На газоне торчала табличка: «Дом Биологии». И табличка, и сам дом, как и предыдущие дома, имели определенный цвет. Небольшой ярко-зеленый домишко как бы сливался с окружающим пейзажем - буйными травами и деревьями, притихшими в мягком свете заката. Майкл...

17. Формы или познаются, или нет, в зависимости от степени раскрытия качеств воспринимающего сознания. Самый искусный перевод принадлежит Чарльзу Джонстону: «Объект воспринимается или же не воспринимается в зависимости от того, окрашен ум цветом объекта или нет». То, что мы видим зависит от того, каковы мы сами; в других формах...

Я укоризненно покачал головой. – Можно подумать, речь идет о работе, требующей физических усилий. Если тебе лень набивать трубку, это можно понять. Но потрудись называть вещи своими именами. Я, конечно, безответственное трепло, но четкие формулировки мне обычно удаются. А значит, и у тебя теперь не должно быть с этим проблем,...

КНИГА IX. К МЕТАИСТОРИИ ПЕТЕРБУРГСКОЙ ИМПЕРИИ ГЛАВА 1. ВТОРОЙ УИЦРАОР И ВНЕШНЕЕ ПРОСТРАНСТВО Перед мыслью, направленной на осмысление русской метаистории последних веков, само собою возникает разительное сопоставление двух исторических моментов. Избранная всенародным собором, благословляемая церковью, приветствуемая всеми...

ГЛАВА 4. К МЕТАИСТОРИИ НАШИХ ДНЕЙ В третий раз повторялось в истории России одно и то же, но на этот раз в размерах, далеко превосходивших оба предыдущих случая. Подобно Иоанну IV и Николаю I, Сталин знаменовал собой зенит мощи очередного демона великодержавия, его открытую борьбу с демиургом и Синклитом, доведение тиранической...