История третья. Ничья сила. Глава 1 - страница 5 из 10

— глобальная война. Но еще до того люди узнали бы о нашем существовании, истребили или подчинили себе Иных. Прости, Антон, но я решил, что лунные города и сто сортов колбасы к восьмидесятому году того не стоят.
— Зато сейчас Америка...
— Сдалась тебе эта Америка, — поморщился Гесер. — Дождись две тысячи шестого года, тогда поговорим.
Я молчал. Даже не стал спрашивать, что там Гесер видел в грядущем, в уже недалеком две тысячи шестом...
— Твои душевные терзания мне понятны, — потянувшись за зажигалкой, сказал Гесер. — Не слишком цинично будет, если я сейчас закурю?
— Да хоть водку пейте, учитель, — огрызнулся я.
— Водку с утра не пью, — Гесер запыхтел, раскуривая сигару. — Твои терзания... твои... сомнения мне вполне понятны. Я тоже не считаю нынешнюю ситуацию правильной. Но что случится, если мы все впадем в меланхолию и устранимся от работы? Я тебе скажу, что! Темные с удовольствием примут на себя роль пастухов человеческого стада! Они смущаться не будут. Они порадуются, что им повезло... Решай.
— Что решать?
— Ты же приехал с намерением подать в отставку! — повысил голос Гесер. — Ну так решай, в Дозоре ты, или наши цели для тебя недостаточно светлы.
— При наличии черного цвета серый считается белым, — ответил я.
Гесер фыркнул. Чуть спокойнее спросил:
— Что там с Ариной, ушла?
— Ушла. Взяла Надюшку в заложники и требовала от нас со Светланой помощи.
На лице Гесера не дрогнул ни один мускул.
— У старой карги, Антон, свои принципы. Блефовать она может как угодно, но ребенка — не тронет. Поверь, я ее знаю.
— А если бы у нее нервы сдали? — вспоминая пережитый ужас, спросил я. — Плевать ей на Дозоры с Инквизицией в придачу! Она даже Завулона не боится.
— Завулона — может быть ... — усмехнулся Гесер. — Я сообщил о ведьме в Инквизицию, но и с Ариной связался. Совершенно официально, кстати. Все запротоколировано. И насчет твоей семьи ведьма была предупреждена. Особо.
Вот это была новость.
Я смотрел в спокойное лицо Гесера и не знал, что еще сказать.
— У нас с Ариной долгие и уважительные отношения, — пояснил Гесер.
— Как так получается? — спросил я.
— Что именно? — удивился Гесер. — Уважительные отношения? Понимаешь ли...
— Каждый раз, когда я убеждаюсь, что вы гнусный интриган, вы за десять минут доказываете, что я не прав. Мы паразитируем на людях? Оказывается, это для их же блага. Страна в разрухе? Так могло быть и хуже. Моя дочь в опасности? Да нет, в безопасности, словно мальчик Саша Пушкин со старушкой-няней...
Взгляд Гесера смягчился.
— Антон, давным-давно я был тщедушным сопливым мальчишкой.,. — он задумчиво смотрел сквозь меня. — Да. Тщедушным и сопливым. И ругаясь со своими наставниками, чьи имена тебе ничего не скажут, я был уверен — они гнусные интриганы. А потом они убеждали меня в обратном. Прошли столетия и у меня появились свои ученики...
Выпустив клуб дыма он замолчал. Впрочем, к чему было продолжать? Столетия? Ха! Тысячи лет — достаточный срок, чтобы научиться парировать любые выпады подчиненных. Да так, что те придут кипя от возмущения, а уйдут преисполненные любви и уважения к шефу.