Книга 5. Структура Шаданакара. Стихиали. Глава 2. Светлые Стихиали - страница 4 из 8

Нугурта, а потому он суровее. Воздействие его заметно на душевном складе и даже физическом облике людей, повседневно соприкасающихся с ним, хотя бы и за порогом своего сознания: на рыбаках и, отчасти, моряках. На последних, впрочем, слишком заметна печать еще других, не светлых стихиалей: хозяев Нугурта - с одной стороны, Нибрусков и Дуггура - стихиалей больших портовых городов - с другой. Рыбаки же получили от излучений Вланмима черту, отличающую их от остального народа: сочетание чистоты, мужества и грубоватой, немного жестокой силы с детскою цельностью души.

Повсюду над землей и морями простерт Зунгуф- область стихиалей воздушной влаги, творящих облака, дождь, росу и туман. Зунгуф не отделен определенной границей от Ирудраныобласти стихиалей, чья деятельность проявляется в Энрофе грозами, отчасти ураганами; оба эти слоя переливаются друг в друга, как и их существа. Приоткрывается тот самый трансмиф, что брезжил в древних мифологемах народов, вызывая в их творческом воображении титанические образы громовников: Индра, Перун, Тор. О, если бы древние, привнося в эти образы, как и во все, человеческие черты, могли знать, как бесконечно далеки эти существа от малейшего сходства с человеком! - И когда струи ливня обрушиваются на землю и бурные, веселые дети Зунгуфа ликуют, то припадая к земле и поверхности вод, то отпрядывая вверх, в бурлящий водяной стихией воздух - выше, в Ирудране, бушуют рати существ, не похожих на Тора и Индру ничем, кроме веселой воинственности: для них гроза есть творчество, а ураган - полнота их жизни.

Если при легком морозце тихо падает мягкий снежок или если деревья и здания стоят, убеленные инеем, бодрая, резвая, почти восторженная радость, которую испытываем мы, свидетельствует о близости дивных стихиалей Нивенны. Белые просторы, безгрешные особою, невыразимой чистотой, - вот что такое Нивенна, страна стихиалей инея, падающего снега, свежего снежного покрова. Резвящиеся в нездешнем веселии, похожем на веселость эльфов, они укрывают возлюбленную землю своей фатой. Почему такая радость жизни пронизывает нас, когда мириады бесшумных белых звезд тихо опускаются вокруг? И почему, когда мы видим леса или городские парки, убеленные инеем, мы испытываем чувство, соединяющее в себе торжественность и легкость, прилив жизненных сил и восхищение, благоговение и детский восторг? А тех из нас, кто сохранил в душе вечно детское начало, стихиали Нивенны любят особенно нежно, они приветствуют его и пробуют с ним играть: даже возбуждение, мальчишеский азарт, быстрый бег крови в жилах у ребят во время игры в снежки или катания на салазках с гор, для них приятны.

С Нивенной соседствует суровый и хмурый Ахаш,- связанный с полярными областями нашей планеты слой арктических и антарктических стихиалей. Ахаш обладает космической протяженностью, из него виден Млечный Путь. В соответствующие времена года границы обеих полярных зон придвигаются к тропикам.

Необузданная душа этих существ, с ее склонностью к переходам от кристально ясного созерцания к неистовству, с ее порывами строить целые миры из трансфизических льдов,

Цитаты

Любить - значит видеть чудо, невидимое для других.
-- Франсуа Мориак

Анонсы материалов из рекомендуемых книг, статей, фильмов

Чтобы понять, кем является Человек, что такое Дух, Душа человека - давайте обратимся к информации о чакрах (энергетических центрах). Общепринято признается семь чакр:   Муладхара (район промежности, чакра жизнеобеспечения) Свадхистана (район ниже пупка, половая чакра) Манипура (область солнечного сплетения) Анахата (...

Будущее, в котором в каждого человека вживлен микрочип, записывающий всю его жизнь. Главный герой — цензор, просматривающий и редактирующий записи своих клиентов, — обнаруживает в памяти одного из них намеки на свое собственное «вырезанное» прошлое, из-за чего начинается цепная реакция событий, не предусмотренных Системой.

ВЕ­ЛИ­КИЙ  ПРИ­ЗЫВ               Из точ­ки Све­та, что в Уме Бо­га,                    Пусть Свет стру­ит­ся в умы лю­дей.        ...

Я едва дождался утра. Все-таки пара часов сна после долгого дневного перехода и доброй дюжины потрясений — меньше, чем просто мало. На рассвете я чуть было не отрубился, привалившись к дверному косяку, но нечеловеческим усилием воли заставил себя встать на ноги и умыться. Расслабляться было рано: спутники мои по-прежнему...

Когда мы въехали на мост, соединяющий Левобережье с островом, где высится замок Рулх, амобилер, повинуясь моему страстному желанию оттянуть роковой момент, и вовсе пополз со скоростью обожравшейся улитки. Только что назад не пятился — надо понимать, на это мне чуть-чуть не хватало могущества. Поэтому мост мы все-таки преодолели...