Часть 1 - страница 7 из 19

череп.
Дьякон Ворбис был намеренно лыс. Почти все служители церкви сразу после посвящения в сан начинали отращивать волосы и бороды, в которых потом легко можно было потерять козла. Тогда как Ворбис брился. Череп его всегда блестел. И странное дело, недостаток волос, казалось, только усиливал его власть. Он никогда не угрожал, не пугал. Просто Ворбис вызывал такое ощущение, что его личное пространство распространяется на семь метров вокруг и что каждый приблизившийся к нему вторгается туда, куда вторгаться не стоит. Даже жрецы, которые были старше Ворбиса не только по годам, но и по званию, принимались извиняться, если им случайно приходилось прервать его размышления – каковыми бы эти размышления ни были.
О чем думает Ворбис, догадаться было почти невозможно, да никто его об этом и не расспрашивал. И наипервейшей причиной подобного отсутствия любопытства был тот факт, что Ворбис являлся главой квизиции и в обязанности его входило выполнять то, чем наотрез отказывались заниматься все прочие.
Таких людей не стоит спрашивать, о чем они думают, ведь они могут неторопливо повернуться и ответить: «О тебе».
Дьякон был в квизиции высшим званием, и правило это было введено сотни лет назад, чтобы данная ветвь церкви случайно не выросла из своих сапожков ^*(безразмерного типа, сорт – с надежными затяжными винтами). Все говорили, что со своим-то умом Ворбис давно уже мог стать иамом или даже архижрецом.
Однако Ворбиса такие пустяки не интересовали. Он точно знал, что ему предначертано судьбой. Разве не сам Господь сказал ему об этом?
– Ну вот, – заключил брат Нюмрод, похлопывая Бруту по плечу. – Теперь, я полагаю, тебе все понятно.
Брута почувствовал, что от него ожидают какого-то ответа.
– Да, учитель, конечно.
– Конечно… Постоянно противостоять голосам – твоя святая обязанность, – промолвил Нюмрод, все еще похлопывая юношу по плечу.
– Да, учитель. Я так и буду поступать, особенно если они прикажут мне сделать то, о чем вы рассказывали.
– О чем я рассказывал… Хорошо. А если ты услышишь эти голоса снова, как ты поступишь? Гм-м?
– Приду и расскажу все вам, – покорно ответил Брута.
– Расскажешь мне… Прекрасно. Именно это я и хотел услышать, – кивнул Нюмрод. – Я всегда готов выслушать своих подопечных. И помни: я только буду рад помочь тебе решить твои маленькие, но столь насущные проблемы.
– Да, учитель. А можно мне сейчас вернуться в сад?
– В сад… Думаю, что можно. Но никаких голосов, ты понял? – Нахмурив брови, Нюмрод погрозил Бруте пальцем другой, не похлопывающей по плечу руки.
– Да, учитель.
– А чем ты занимаешься в саду?
– Окучиваю дыни, учитель.
– Дыни? А, дыни… – медленно произнес Нюмрод. – Дыни… Дыни… Это в некотором роде объясняет происходящее.
Его веко бешено задергалось.
С Ворбисом говорил не только Великий Бог. Рано или поздно эксквизитор любого разговорит. Все зависит от выносливости вашего организма.
Однако в нынешние деньки Ворбис не часто спускался в рабочие помещения, дабы понаблюдать за работой инквизиторов. В обязанности эксквизитора это не входит. Он просто диктовал указания и получал отчеты.