Книга 11. К метаистории последнего столетия. Глава 3. Темный пастырь, часть 2 - страница 3 из 17

другой афоризм: "Я буду всегда. Предположение, якобы что-то после меня, - лишено смысла". Бесчисленные скульптурные изображения собственной персоны, которые он тысячами насаждал везде, вовсе не следует понимать как стремление к увековечению своего образа в умах потомков. Может быть, сначала этот мотив и играл какую-то роль, но позднее он полностью заместился другим: это было не увековечение в умах потомков, а самопрославление для современников. Характерно, что при всем многообразии форм и приемов в культе своей личности он и не подумал тем не менее подготовить для себя мавзолей: он не желал допускать мысли, что ему придется когда-нибудь быть похороненным либо мумифицированным.

Такое парение на высотах культа своей личности в разреженной атмосфере веры в свое бессмертие было его германскому сопернику не по плечу. Тот чувствовал себя величайшим завоевателем всех времен, личностью беспримерной и провиденциальной, призванной к осчастливливанию немецкого народа и к достижению мирового гегемона Германии. Он глухо намекал даже на то, что после войны даст народу новую религию. Но физически бессмертным он себя не воображал никогда, время от времени возвращаясь к разработке завещания своим преемникам. И даже официально назначил Геринга ближайшим наследником всех обязанностей и прав вождя.

Я не знаю, "отколь" пришел он в немецкий Энроф, но, во всяком случае, он не был инородным телом в теле Германии. Это не проходимец без роду и племени, а человек, выражавший собою одну - правда, самую жуткую, но характерную сторону германской нации. Он сам ощущал себя немцем плоть от плоти и кровь от крови. Он любил свою землю и свой народ странною любовью, в которой почти зоологический демосексуализм смешивался с мечтою - во что бы то ни стало даровать этому народу блаженство всемирного владычества. А с него самого было бы достаточно привести народ к этому блаженству, устроить его в нем, а после этого отойти в некие потусторонние высоты и наслаждаться, видя оттуда ослепительные плоды своих дел и впивая фимиам благодарных поколений.

Правда, когда война, грубо опрокинув все его расчеты, оказалась не заманчивым блицкригом, а невиданной мясорубкой, шесть лет перемалывавшей плоть его народа (другие народы были ему глубоко безразличны), он, скрежеща зубами, с пеной у рта бросаясь на пол и грызя ковер от ярости, от досады и от горя о погибающих соотечественниках, все же гнал и гнал их на убой вплоть до последней минуты своего существования. Но это было не то ледяное бездушие, с каким бросал в мясорубку миллионы русских его враг, а отчаянная попытка - дотянуть как-нибудь до минуты, когда фортуна обернется к нему лицом и изобретенная, наконец, немцами атомная бомба превратит Москву и Лондон в ничто.

Его противопоставление себя и своего учения всякой духовности тоже не отличалось последовательностью и окончательностью. Он с благоволением поглядывал на поползновения некоторого круга, группировавшегося подле Матильды Людендорф, к установлению модернизированного культа древнегерманского язычества; вместе с тем он до конца не порывал и с христианством.

Цитаты

Попытка изменить переживание усугубляет его. Воспроизведение переживания, приятие, пребывание в нем, наблюдение заставляют его исчезнуть.
--Люк Рейнхард: Трансформация

Анонсы материалов из рекомендуемых книг, статей, фильмов

ПОНЯТИЕ ДОМА   Желая, получить ценные наставления, которые естественно проистекали из слов Сеньоры Лауры, я с любопытством спросил:   Исполняя столько обязанностей, Вы по-прежнему, несете обязанности за пределами вашего дома?   Да, мы живем в городе перехода, однако конечные цели нашей колонии заключаются в труде и обучении...

НОВОСТИ ДУХОВНОГО ПЛАНА   Мой великодушный товарищ хотел поделиться со мной рядом замечаний, относящимся к различным областям колонии, но срочные обязанности потребовали его присутствия на месте работы.   У Вас будет возможность познакомиться с различными областями наших служб - добродушно воскликнул он -, поскольку Вы сможете...

Будущее, в котором в каждого человека вживлен микрочип, записывающий всю его жизнь. Главный герой — цензор, просматривающий и редактирующий записи своих клиентов, — обнаруживает в памяти одного из них намеки на свое собственное «вырезанное» прошлое, из-за чего начинается цепная реакция событий, не предусмотренных Системой.

БОНУСНЫЙ ЧАС   Заметив, что Сеньора Лаура неожиданного опечалилась, вспомнив мужа, я изменил направление разговора, спросив её:   Что Вы можете рассказать мне о бонусном часе? Имеется ввиду какой-то чеканный металл?   Моя собеседница, пришла в себя от охватившей её ностальгии, и с уважением ответила:   В действительности...

Свернув на дорожку, ведущую к третьему дому, Майкл на минутку остановился. На газоне торчала табличка: «Дом Биологии». И табличка, и сам дом, как и предыдущие дома, имели определенный цвет. Небольшой ярко-зеленый домишко как бы сливался с окружающим пейзажем - буйными травами и деревьями, притихшими в мягком свете заката. Майкл...