Часть 5 - страница 10 из 18

Эфеб. Лаяли собаки. Где-то мяукала кошка. Над городом царила смесь разнообразных приятных звуков, показывающих, что здесь живут самые обычные люди.
Вдруг чуть дальше по улице с треском распахнулась дверь, и раздался звук разбиваемой о чью-то голову большой амфоры для вина.
Тощий старик в тоге поднялся с булыжников, на которые только что приземлился, и с яростью уставился на дверь.
– Я тебе говорю, а ты слушай: ограниченный интеллект не может путем сравнения получить абсолютную истину, потому что, будучи по природе своей неделимой, истина исключает понятия «более» или «менее», – таким образом, ничто, кроме истины, не способно быть точным мерилом этой самой истины. Вот гады…
– Сам гад, – отозвался кто-то изнутри здания.
Старик, не обращая на Бруту ни малейшего внимания, с трудом выковырял из мостовой булыжник и задумчиво взвесил его в руке.
Поднявшись, он решительно нырнул в дверь. Из здания донеслись яростные вопли.
– Философы… – сказал Ом.
Брута осторожно заглянул в дверь.
Внутри две группы практически одинаковых мужчин в тогах пытались разнять двух своих коллег. Эта сцена повторялась миллионы раз в самых разных забегаловках множественной вселенной – оба потенциальных соперника рычали, гримасничали и пытались вырваться из рук своих друзей, но старались, конечно, не слишком, потому что нет ничего хуже, чем вырваться-таки из этих рук и оказаться в центре круга наедине с помешанным, который намеревается залепить тебе промеж глаз булыжником.
– Да, – подтвердил Ом. – Вот это настоящая философия.
– Но они же дерутся!
– Полный и свободный обмен взглядами, не более.
Присмотревшись повнимательнее, Брута уловил некоторую разницу между дерущимися. У одного была борода короче и очень красное лицо, и он яростно грозил пальцем другому.
– Ты обвинил меня в клевете! – орал он.
– Ни в чем я тебя не обвинял! – не менее громко орал другой.
– Обвинял! Давай, расскажи всем, что ты мне наговорил!
– Ничего такого я не говорил! Просто предположил, чтобы обозначить возникший парадокс. Если Зенон Эфебский заявляет, что все эфебы – лжецы…
– …Видите, видите?! Он снова за свое!
– …Да ты дослушай… Но Зенон сам эфеб, и это означает, что он – тоже лжец, таким образом…
Зенон предпринял отчаянную попытку освободиться. Четверо других философов потащились за ним по полу.
– Ну, парень, сейчас я тебя приложу!
– Прошу прощения… – попытался привлечь к себе внимание Брута.
Философы замерли, а потом повернулись к Бруте. Они несколько расслабились, раздался хор смущенных покашливаний.
– Вы в самом деле философы? – спросил Брута.
Тот, кого назвали Зенон, сделал шаг вперед, поправляя тогу.
– Верно, – сказал он. – Мы действительно философы. Мы думаем, значит, мы существую.
– Существуем, – машинально поправил его неудачливый выдумщик парадоксов.
Зенон быстро повернулся:
– Я уже вот посюда сыт тобой, Ибид! – взревел он и снова взглянул на Бруту. – Мы существуем, значит, мы существую, – заявил он уверенно. – Именно так…
Несколько философов с интересом переглянулись.
– Это действительно любопытно, – изрек один из них. – Свидетельством

Цитаты

Будь собой, прочие роли уже заняты.
--Уальд

Анонсы материалов из рекомендуемых книг, статей, фильмов

Погода не то чтобы совсем испортилась, но оставляла желать лучшего. Майкл уже привык, что тут либо стоит нежаркий солнечный лень, либо свирепствуют бури, налетающие почти мгновенно и всерьез норовящие разорвать тебя на части. Сегодня же на небе были облака, которые постепенно превратились в сплошной серый колпак без швов. Стало...

ГЛАВА 2. ЭГРЕГОР ПРАВОСЛАВИЯ И ИНФРАФИЗИЧЕСКИЙ СТРАХ Вряд ли хоть один добросовестный исследователь стал бы отрицать горький для нашего национального самолюбия факт: отсутствие в допетровской Руси каких-либо памятников, свидетельствующих о плодотворной работе анализирующей и широко обобщающей мысли. Ни к русским летописцам, ни...

28-летний Андре должен десятки тысяч евро различным бандитам по всему Парижу. Когда подходит срок расплаты, он понимает, что шансов расплатиться — нет. И в полиции, и в американском посольстве ему отказывают в помощи. Но вот, решив покончить с собой, он видит на мосту сногсшибательную красотку в очень маленьком черном платье,...

§20. Сопряженность ноуменальной иерархии монад и феноменальной иерархии множеств в жизни космоса. Трагедия мировой жизни и ее два основных вида.   Только что разобранные нами две иерархии монад и множеств приобретают реальный смысл и значение только в своей неразрывной сопряженности, а в отдельности являются лишь абстракциями...

ЭПИЛОГ Семен вошел в кабинет вместе с Ласом — подталкивая того перед собой, будто пойманного с поличным мелкого Темного колдуна. Лас вертел в руках туго свернутую бумажную трубочку и все старался спрятать ее за спину. Семен плюхнулся в кресло и буркнул: — Твой протеже.. Антон: Ты и разбирайся. — Что случалось? — насторожился я...