Часть 2 - страница 15 из 18

туман, значение имеет лишь добыча, которая пытается укрыться в траве.
Сидевший на священных Рогах орел взлетел в небо.
К счастью, благодаря той же самой связи, которая возникает между охотником и жертвой, черепашка в ужасном предчувствии вовремя подняла свой единственный глаз.
Орлы – существа достаточно целеустремленные. Если им в голову втемяшилась мысль об обеде, она останется там, пока не будет удовлетворена.
Двое божественных легионеров охраняли покои Ворбиса. На Бруту они посмотрели косо, словно в поисках предлога наброситься на потенциального мятежника.
Тщедушный седой монах отворил дверь, провел Бруту в маленькую, бедно обставленную комнатку и многозначительно указал на табурет.
Брута послушно сел. Монах исчез за шторой. Брута обвел взглядом комнату, и…
Тьма поглотила его. Однако, едва он успел пошевелиться, – рефлексы Бруты оставляли желать лучшего даже в обычных обстоятельствах, – чей-то голос у самого его уха тихо произнес:
– Не паникуй, брат. Я приказываю тебе не паниковать.
Лицо Бруты закрывала плотная ткань.
– Просто кивни, мальчик.
Брута кивнул. Ему надели на голову мешок. Каждый послушник знал об этой традиции. О ней рассказывали в опочивальнях, перед тем как заснуть. Мешок на голове нужен затем, чтобы инквизиторы не знали, кого пытают…
– Молодец. А сейчас мы перейдем в другую комнату. Ступай осторожно.
Чьи-то руки подняли его с табурета и куда-то повели. Сквозь туман непонимания он почувствовал мягкое прикосновение шторы, затем ощутил под ногами ступени, по которым спустился в помещение с засыпанным песком полом. Руки крутанули его несколько раз, твердо, но беззлобно, а затем потащили по коридору. Прошуршала еще одна штора, после чего его охватило необъяснимое ощущение, что он оказался в какой-то просторной зале.
Только потом, много позже, Брута осознал: страха не было. Мешок надели ему на голову в покоях главы квизиции, а он даже не подумал испугаться. Потому что у него была вера.
– За твоей спиной стоит стул. Садись.
Брута сел.
– Можешь снять мешок.
Брута повиновался.
И прищурился от яркого света.
В дальнем конце комнаты на табуретах, каждый из которых охранялся двумя божественными легионерами, сидели три фигуры. Брута сразу же узнал орлиное лицо дьякона Ворбиса, по одну сторону от него сидел коренастый мужчина, по другую – какой-то толстяк, но не крепкого телосложения, как сам Брута, а настоящая бочка с салом. Все трое были облачены в простые серые рясы.
Раскаленных щипцов нигде поблизости видно не было. Как и острых ланцетов.
Все пристально смотрели на него.
– Послушник Брута? – уточнил Ворбис.
Брута кивнул.
Ворбис усмехнулся – так усмехаются очень умные люди, подумав о чем-то не слишком смешном.
– Еще настанет тот день, когда мы будем называть тебя братом Брутой… – сказал он. – Или даже отцом Брутой? Впрочем, как мне кажется, это чересчур. Лучше этого избежать. Думаю, нам следует сделать все возможное, чтобы ты как можно скорее стал поддьяконом Брутой. Твое мнение?
У Бруты не было никакого мнения. Он лишь смутно понимал, что сейчас обсуждается его продвижение по службе,

Цитаты

Чтобы делать что-то иначе, надо уметь и видеть иначе.
-- Пол Эллер, глава корпорации "Ксерокс"

Анонсы материалов из рекомендуемых книг, статей, фильмов

Глава 3 К себе я вернулся в четыре утра. Слегка пьяный, но на удивление расслабившийся. Все-таки настолько иные люди встречаются нечасто. Работа в Дозоре приучает к излишней прямолинейности. Этот не курит и не пьет, он хороший мальчик. А этот ругается матом, он плохой. И ничего не поделать, нас в первую очередь интересуют...

ГЛАВА 2. ЗАТОМИСЫ Вершины метакультур, называемые затомисами, до некоторой степени совпадают с географическими контурами соответствующих культурных зон Энрофа. Пространство всех затомисов четырехмерно, но каждый из них отличается свойственным только ему числом временных координат. Материальность этой сакуалы сотворена одной из...

МОЛОДАЯ РАЗВОПЛОЩЕННАЯ ДУША   Ваша внучка не сядет с нами за стол? - спросил я хозяйку дома, пытаясь перевести разговор в более интимную сферу.   Пока она принимает пищу одна. - сказала Сеньора Лаура. - Она все ещё очень нервная и удручённая. Здесь мы не приглашаем за стол никого, кто находится в смятении и недовольстве....

ТЬМА   Лизиас вновь поразил меня, продемонстрировав мастерство игры на арфе, раскрыв новые грани своего образования и чувственности, заставив меня вспомнить старые мелодии и песни Земли.   День был поистине чудесным и преисполненным возвышенной духовной радости! Я чувствовал себя словно в раю.   Когда я встретился один на один...

— Что ты с ним сделала? — Гуриг с любопытством уставился на свою телохранительницу. — Человека просто не узнать! — А вы попробуйте угадать, — зевнула Лаюки. — Сэр Моти, все, что крутится у тебя на языке, можешь приберечь до следующего раза. Мы даже не поцеловались, хотя как раз это, возможно, совершенно напрасно. Но — чего не...